— Не уточнял.
— Ага. Для них явно будет радостным открытием такое эк… экзотическое блюдо!
— Да ладно… — Олег махнул рукой, — Каждый сходит с ума по своему. Его право. Меня другое удивило. Ты знаешь, что он считает самым важным в выживании предметом? — Нож.
— Ну и? А что, правильно. Нож, он…
— Не, ты не понял. У него нож — не просто нож. У него нож — нечто сакральное, типа эпического «Эскалибура»…
— Брателло, давай попроще.
— Он показал… Вот такой вот здоровый свинокол… — Олег развел руки, показывая нечто размером около полуметра, — Прямой, страшный как рабочий день с похмелья… А главное — главное ручка: она развинчивается, и в ней у него запас. Леска с крючками, спички с чиркашом, таблетки какие-то… Говорит, все необходимое для выживания. Долго говорил. Видно, что концепция у него продуманная. Но от этого не менее бредовая. Ручка круглая, не эргономичная. Монтаж, как понимаешь, не сквозной, на сварке — пайке, это очень существенный минус, особенно при боковых нагрузках. Нож, говорит, можно через полую ручку насадить на древко, и будет копье. Этим копьем, он уверен, из засидки можно добыть хоть дикого кабана…
— Ну, значит с голода не помрет! — вновь хохотнул Толик, — Надо только подогнать ему кабана!
— … если, значит, на этого кабана броситься сверху, с дерева, из засидки!
— Черт! Я б хотел посмотреть на это представление!
— Кроме того, говорит, ручка обмотана шнуром; и этот шнур можно использовать… Ну, для чего угодно. На то же дерево, говорит, залазить. Или еще для чего.
— Повеситься, например. Не, молодец! Зря ты так про него! Гы. Прошаренный перец. Да! А как он этот свой тесак здесь, в городе, таскает? Ты-то вон, свой вшивенький хоз-быт кухонник и то носить опасаешься, хотя и сертификат и все такое, а он?
— Он в портфеле носит. Не знаю, как перед патрулями отмазываться думает… А! Вот еще, чуть не забыл! Зашел разговор о преступности. Ну, об этом новом, гопническом движении, когда всем все по…, и забить могут даже просто за то, что на глаза попался… Вот как нас тогда с Серегой. Пытались.
— Ну и?…
— Так вот. Он утверждает, что его гладиус… Это, Толян, такой короткий прямой меч был у римских гладиаторов, у Лавера по размерам точно примерно такой… Что один вид его пыряльника обращает в бегство гопоту! Типа что «они понимают, что человек, у которого такой серьезный нож — это очень серьезный человек, и с таким связываться не стоит!»
— Ну, это он зря. По ножам ты, конечно, больше меня спец, но вообще «за оружие» я тебе ответственно скажу: не готов применять — не доставай! А если готов применять — то и доставать, и применять надо тогда, когда противник уже противопоставить ничего не может. Не успевает. А угрожать, да еще ножом… Последнее дело! А ну как не напугаются?
— Вот. Я так ему и изложил. Что техника самообороны с ножом — это сближение и неожиданное применение. Применение, а не размахивание и не угрозы! Так он так на меня разорался!..
— Да ты че?
— Говорит, «это тактика гопников, уродов, убийц; нормальный… Прикинь, Толян! — „нормальный!“ — человек так никогда нож не применит!» То есть «нормальный человек» жуткий живопыр носить не стесняется, а применять — нет, только предварительно помахав им, запугав всех окружающих… Разрыв мозга! — он засмеялся.
— А, плюнь. Пусть он гопникам хоть лекции о морали читает, нам какое дело. Кто еще был?
— Из кого я знаю… Васек вообще был… Ну, Вася Майков. Вот он — фанат по оружию. И умеет. Маньяк, можно сказать. Но он, как разговор про сдачу оружия зашел, — сразу и вышел. Скорее всего уже завтра его здесь не будет. Знаю я его… Концепцию.
— Еще?
— Этот, как его… Ты его не знаешь. Акулов Петр Сергеич, кличка «Акунаматата». Гы. Смешной мужик. У него какой-то бизнес есть, связанный с международными грузоперевозками. И он на этой почве уж такой важный — куда там! Ну, понятно, — жып, прикид, пальцы веером… Он заявил, что оставаться «в этой стране» могут только лузеры, к которым он себя, естественно, не относит. Что «ловить тут нечего» и «надо валить за бугор, где живут цивилизованные люди, не чета здешним!» Куда «за бугор» не уточнял, но я так понял, что ни сегодня-завтра и впрямь свалит. И хорошо — неприятный типчик, воздух чище станет.
— А что, ждут его там, куда он собирается?
— Ну, я пытался прозондировать… Он что говорит — «предприимчивый человек нигде не пропадет» да «мой бизнес, ах, мой бизнес». Не, он не «бизнес» говорит, это для него слишком пошло, он говорит «бизнессс», — круче звучит! — Олег засмеялся.
— Я пытался ему сказать, что по последней информации в Европе-то бардак назревает почище чем у нас: финансовый кризис, зона евро рухнула, нацвалюты, спад производства; бастующие, натурально, требуют сохранения соцгарантий; правительства меняются как перчатки, и каждое последующее жестче и радикальней предыдущего, — какой там сейчас бизнессс?? Надо сидеть на попе ровно и неотсвечивать, — но он на меня эдак сожалеючи… А! Что говорить, пусть валит, его выбор.
— Еще?
— Баба какая-то истеричная, не знаю как зовут. Нет, не та, не которая в подвале была. Все орала «Когда наконец покончат с этим безобразием??» Я на нее смотрю и думаю — это у нас дико смотрится, поскольку все в общем «в теме», и «безобразия» в стране повторяются с завидной регулярностью; а ведь в непривычной Европе подобные дамочки вместе с такими же неадекватными их мужичками составляют подавляющее количество населения! Это ж что там сейчас творится!.. Сплошное «Доколе??» и «Правительство — в отставку!» И «Дайте мне, я имею право, я всю жизнь исправно платил налоги!!» Они ж там по уровню развития как у нас детсадники…